Жизнь и правление

↑

Есть люди, которых клевещут ещё при жизни — и продолжают клеветать сто лет после смерти. Николай II — один из них. «Слабый», «кровавый», «безвольный» — эти ярлыки приклеивали к нему враги Царя и враги России. Но за каждым из этих обвинений — ЛОЖЬ, которую легко разбить фактами.

ПОСМОТРИМ НА ЧЕЛОВЕКА ТАКИМ, КАКИМ ОН БЫЛ НА САМОМ ДЕЛЕ.

Николай Александрович Романов родился 6 (18) мая 1868 года в Царском Селе. Старший сын Императора Александра III и Императрицы Марии Феодоровны. С детства воспитывался в духе православной веры, простоты и жертвенной любви к России.

Детство и воспитание

Воспитание и образование Цесаревича проходило под личным руководством отца, Александра III — на традиционной религиозной основе и в спартанских условиях. Это был осознанный выбор: Государь-Отец хотел вырастить не изнеженного принца, а настоящего Русского Царя.

Спартанский уклад

Отец приучал сына:

• Спать на простых солдатских койках с жёсткими подушками
• Каждое утро обливаться холодной водой
• Есть простую пищу — кашу на завтрак, без роскоши
• Много времени проводить на свежем воздухе, в движении

Та же система была в семье: при императорском дворе принята строгая воспитательная программа — простая пища, много свежего воздуха, холодные ванны для закалки.

Тринадцать лет учёбы

Учебные занятия велись по тщательно разработанной программе в течение тринадцати лет. Количество предметов значительно превышало гимназический курс:

Шесть дней в неделю. С восьми утра до пяти вечера. Закон Божий, верховая езда, гимнастика — рядом с математикой, физикой, тремя иностранными языками. Ни дня без молитвы, ни дня без физического труда.

Параллельно отец направлял Цесаревича на военные сборы, чтобы он на практике познал войсковой быт и строевую службу. Приглашал участвовать в занятиях Государственного Совета и Комитета министров — вводил в государственные дела с юности.

Какой был Николай

Все преподаватели отмечали усидчивость и аккуратность своего высокородного ученика. Он обладал цепкой памятью и острой наблюдательностью. Раз прочитанное или услышанное — запоминал навсегда. То же касалось людей — их имён и должностей.

«Государь Император был самым интеллигентным и образованным человеком, какого я встречал.»

— Е.С. Боткин, лейб-медик, тринадцать лет при Царской семье

Николай II имел исключительное самообладание. Никогда его не видели бурно гневным или в состоянии повышенной возбуждённости. Он говорил, что эту «струну личного раздражения» ему удалось «заставить в себе совершенно замолкнуть».

Внешняя мягкость обращения создала ему в широких слоях репутацию «слабого правителя». Но это было глубоким заблуждением. Ближайшее окружение постепенно убеждалось: «у Государя, поверх железной руки, была бархатная перчатка».

«Его обвиняют в слабоволии… Он самый сильный, а не самый слабый. Какого громадного напряжения воли стоит ему подавлять вспышки гнева… Люди забывают, что самый великий победитель — это тот, кто побеждает самого себя.»

— Лили Ден, из мемуаров

«Добросовестность, человечность, кротость, честь — таковы выдающиеся достоинства Николая II. Он скорее пожертвует жизнью, чем изменит своему слову.»

— Морис Палеолог, французский посол в России

Пример матери

Императрица Мария Феодоровна, мать Николая, считала своим главным материнским долгом воспитать в детях веру, ответственность и любовь к России. Она ценила организованность и порядок. Ни один из шестерых детей не был избалован — каждый знал труд, дисциплину и молитву.

Духовное воспитание

В комнате каждого из детей был устроен настоящий иконостас с множеством икон, аналой, молитвенники, Евангелие. Протоиерей Афанасий Беляев, исповедовавший детей Николая II, записал в дневнике:

«Дай, Господи, чтобы и все дети нравственно были так высоки, как дети бывшего царя. Такое незлобие, смирение, покорность родительской воле, преданность безусловная воле Божией, чистота в помышлениях и полное незнание земной грязи — привело меня в изумление.»

— Протоиерей Афанасий Беляев, настоятель Феодоровского государева собора

Именно так воспитывался и сам Николай. Отец Александр III задал тон: вера — первое, Россия — всё, роскошь — ничто.

В 1890–1891 годах Цесаревич совершил большое путешествие на Восток — через Грецию, Египет, Индию, Китай, Японию. Он увидел мир — и ещё сильнее полюбил Россию.

Завет отца

Перед смертью Александр III оставил сыну завещание — несколько строк, которые стали для Николая II путеводной звездой:

«Охраняй Самодержавие, памятуя притом, что ты несёшь ответственность за судьбу твоих подданных пред Престолом Всевышнего. Вера в Бога и в святость Твоего Царского долга будет для тебя основой Твоей жизни… У России нет друзей. Нашей огромности боятся. Избегай войн. В политике внешней — держись независимой позиции.»

— Завещание Императора Александра III сыну Николаю

Выбор сердца — Принцесса Алиса

Ещё в 16 лет, увидев принцессу Алису Гессен-Дармштадтскую на свадьбе в Петербурге, Николай сделал выбор раз и навсегда.

«Моя мечта — когда-нибудь жениться на Аликс Г. Я люблю её давно, но особенно глубоко и сильно с 1889 года, когда она зимой провела в Петербурге шесть недель. Я долго противился своему чувству, стараясь обмануть себя невозможностью осуществления моей заветной мечты.»

— Из дневника Императора Николая II

Родители противились: двор хотел политически выгодного брака. Алиса поначалу отказывалась — не могла решиться оставить лютеранскую веру. Николай ждал десять лет. Он не изменил ни выбора, ни отношения.

Весной 1894 года, когда стало ясно, что Александр III умирает, Николай наконец получил благословение отца. В апреле состоялась помолвка. Алиса приняла православие и имя Александра Феодоровна.

«Каждый день, что проходит, я благословляю Господа и благодарю Его от глубины души за то счастье, каким Он меня наградил! Большего или лучшего благополучия на этой земле человек не вправе желать. Моя любовь и почитание к дорогой Аликс растёт постоянно!»

— Из дневника Императора Николая II, 24 ноября 1894 года

Она же писала ему:

«С беззаветной преданностью к тебе я останусь навсегда. Мои самые горячие желания и молитвы — это сделать тебя счастливым. Истинная любовь — дар Божий. С каждым днём она становится всё сильнее, глубже, полнее и чище.»

— Императрица Александра Феодоровна, из письма Государю

Старец Николай Гурьянов, глядя на их переписку, говорил:

«Какая открытость и честность! Ни одной мысли не таили друг от друга! Взаимная духовная чистота и близость… Господь благословил их святыми чувствами: истинная Любовь — это дар Божий Небесный… Страдая, они молились и любили.»

— Старец Николай Гурьянов

Кем была Александра Феодоровна

Сколько клеветы вылито на эту женщину — и при жизни, и после смерти. «Холодная», «немка», «не понявшая Россию». Ложь. Послушаем тех, кто знал её лично.

Петербургский двор встретил её настороженно. Молодая Императрица на балах молчала, держалась в стороне, не блистала светской беседой — и придворные решили: холодная, надменная немка.

Капитан Апрелев вспоминал: однажды Государыня взяла его на прогулку в лес. «Она меня подробно расспрашивала о моей матери, о нашей жизни, о будущем. Государыня подчёркивала, что семья является основой всего — радостью и счастьем и бедного, и богатого, и основой государства. Я видел, как Она ласкова со Своими детьми, какая любовь светится в Её глазах. Тут я первый раз понял, что та холодность, которые казались присущими Государыне, вероятно, были просто результатом Её застенчивости».

Капитан Апрелев также вспоминал, как однажды встретил её в госпитале: она сидела у кровати умирающего офицера, держала его за руку и тихо читала псалмы. Никакой свиты. Никакой торжественности. Просто женщина, которая умела быть рядом.

АЛЕКСАНДРА ФЕОДОРОВНА БЫЛА САМОЙ ОКЛЕВЕТАННОЙ ЖЕНЩИНОЙ СВОЕГО ВРЕМЕНИ. Её не понимали при дворе. Её обвиняли в высокомерии — она просто была застенчива. Обвиняли в равнодушии к России — а она любила Россию всем сердцем.

«Страдалица Царица Александра! — Мученица на Русском Престоле! Как Она любила Россию… Сколько лжи и клеветы претерпело Её святое сердце! Как же можно дерзать осуждать Православных Царей?!»

— Старец Николай Гурьянов

Сама Государыня говорила:

«Смысл жизни не в том, чтобы делать то, что нравится, а в том, чтобы с любовью делать то, что должен.»

— Императрица Александра Феодоровна

«Смирение не в том, чтобы говорить о своих недостатках, а в том, чтобы вынести, как о них говорят другие; в том, чтобы слушать их терпеливо и даже с благодарностью; в исправлении недостатков, о которых нам говорят; в том, чтобы не испытывать неприязни к тем, кто нам о них говорит.»

— Императрица Александра Феодоровна

С началом Первой мировой войны Государыня открыла под своим попечением 80 госпиталей только в Петроградском округе, оборудовала санитарные поезда. Она сама вместе со старшими дочерьми Ольгой и Татьяной прошла обучение сестринскому делу и ассистировала при операциях. Вырубова вспоминала: «Государыня, как каждая операционная сестра, подавала стерилизованные инструменты, вату и бинты, уносила ампутированные ноги и руки, перевязывала гангренные раны».

«Так хочется согреть и поддержать этих храбрецов и заменить им их близких. Слава Богу за то, что мы имеем возможность принести некоторое облегчение страждущим.»

— Императрица Александра Феодоровна, из письма о работе в лазарете

Восшествие на Престол

20 октября (1 ноября) 1894 года в Ливадии скончался Государь Александр III. Ему было 49 лет. Николай принял Престол в 26 лет — неожиданно рано, ещё в скорби об отце.

Коронация состоялась 14 (27) мая 1896 года в Успенском Соборе Московского Кремля. Государь записал в дневнике: «Всё, что произошло в Успенском соборе, хотя и кажется настоящим сном, но не забывается во всю жизнь».

«Святые Царь и Царица ушли незапятнанными. Их мантии ослепительно белые, без чёрных пятен. У Царя Николая была безграничная любовь к Отечеству, полное самоотвержение Своей воли, пренебрежение Своим личным ради блага других людей… Душа — чистая от житейских мелочей.»

— Старец Николай Гурьянов

Ходынская трагедия — первый крест

Через четыре дня после коронации, 18 (30) мая 1896 года, на Ходынском поле под Москвой должны были состояться народные гулянья. Ночью на поле собрались сотни тысяч человек. На рассвете толпа двинулась разом — и началась страшная давка. По официальным данным погибло 1 389 человек.

Государь узнал об этом утром. В своём дневнике записал: «Ужасно прибавить, потоптано около 1300 человек».

Он немедленно действовал. 19 мая Государь лично объехал больницы и побывал у раненых. Из личных средств Императорской семьи пострадавшим выделено 80 тысяч рублей. Учреждён приют для осиротевших детей. Отслужена торжественная панихида по всем убиенным.

Ответственность за трагедию лежала на московской городской администрации — московский обер-полицмейстер Власовский отвечал за порядок на поле и провалил это задание. Николай II к выбору места и организации раздачи не имел никакого отношения. Власовский был снят с должности.

Но враги Царя воспользовались трагедией немедленно — «КРОВАВЫЙ» стал первым ярлыком. ЛОЖЬ ПРИЛИПЛА. И ЭТУ ЛОЖЬ ПОВТОРЯЮТ ДО СИХ ПОР.

«Он был мучеником — был великомучеником с первого дня царствования (с Ходынки) и до последнего дня. Каково величие души — царствовать в сознании обречённости — и под мученичеством выполнять свой царский долг, нести бремя державности.»

— Полковник Е. Месснер, из воспоминаний

С ПЕРВЫХ ДНЕЙ ЦАРСТВОВАНИЯ ГОСПОДЬ ВОЗЛОЖИЛ НА НИКОЛАЯ ТЯЖЕЛЕЙШИЙ КРЕСТ. И ОН НЁС ЕГО — НЕ ЖАЛУЯСЬ, НЕ МСТЯ, МОЛЯСЬ.

Россия, которую скрывали

В 1917 году началась эпоха тотальной лжи. Советская власть поставила задачу: уничтожить память о Царской России. «Тёмное царство разрухи», «слабый царь», «лапотная Россия» — так её изображали семьдесят лет подряд. Историки, свободные от этих мифов, видели совсем другое:

«В области искусства и науки русскими людьми в царствование Николая II были достигнуты такие гигантские успехи, что об этом периоде следует говорить, как о золотом веке Русской цивилизации.»

— Историк Олег Платонов

Промышленность

Россия вошла в четвёрку мировых промышленных держав и вышла на 1-Е МЕСТО В МИРЕ ПО ТЕМПАМ РОСТА. Промышленная продукция выросла в 5 раз, металлургия — в 12 раз.

Только железных дорог проложено с 34,7 тыс. км до 81,2 тыс. км. В 1903 году запущена Транссибирская магистраль — самая длинная железная дорога в мире. Построены заводы, которые работают по сей день: АМО (ЗИЛ), Ярославский моторный завод. Создан первый в мире теплоход (1903). С 1906 по 1917 год построено 6300 самолётов, включая первые в мире серийные бомбардировщики «Илья Муромец».

Электрификация

К 1913 году — 273 городские электростанции и около 6000 промышленных. Производство электроэнергии с 1905 по 1916 год выросло в 5 раз.

В 1924 году СССР производил электроэнергии МЕНЬШЕ, чем дореволюционная Россия в 1916-м.

Экономика

Россия вышла на 2-е место в мире по доходам и 1-е — по темпам экономического роста. С 1909 по 1913 год доходы Германии выросли на 18%, России — на 28%. С 1910 года Россия полностью отказалась от внешних займов.

«Если у великих европейских народов дела пойдут таким же образом между 1912 и 1950 годами, как они шли между 1900 и 1912-м, Россия к середине текущего века будет господствовать над Европой — как в политическом, так и в экономическом и финансовом отношении.»

— Эдмон Тэри, французский экономист, 1913 год

Население

Самый большой прирост населения за всю историю России — почти на 57 миллионов человек (с 123,9 до 181,5 млн). По числу крупных городов Россия вышла с 4-го на 1-е место в мире.

Сельское хозяйство

Россия занимала 1-е место в мире по сбору пшеницы, ржи и ячменя. 1-е место по числу лошадей, овец и коз. Страна не только кормила себя — она кормила Европу.

После революции — ГОЛОД 1921 ГОДА, ГОЛОД 1932–1933 ГОДОВ.

Образование

В 1894 году — 61,8 тыс. школ. К 1914 году — 125,7 тыс. В 1910-е открывалось по 5 тысяч школ в год. Расходы на образование выросли в 8 раз. Число студентов с 1890 по 1913 год выросло в 10,8 раза.

Наука

Первый акт нового Государя в 1895 году — выделение средств нуждающимся учёным. Именно при Николае II Россия стала мировым центром научной мысли:

• А.С. Попов — изобрёл радио (1895)
• Б.Л. Розинг — патент на телевидение (1907)
• И.П. Павлов — Нобелевская премия (1904)
• И.И. Мечников — Нобелевская премия (1908)
• К.Э. Циолковский — теория космических полётов (1911)
• В.И. Вернадский — основоположник геохимии и учения о ноосфере

Медицина

• По числу врачей Россия вышла на 2-е место в Европе — 25,5 тыс. врачей (1911 г.)
• С 1898 года введена безплатная медицинская помощь для всех граждан Империи
• Число больниц выросло с 3 969 до 8 461 — рост почти в 2,5 раза

«Медицинская организация, созданная российским земством, была наибольшим достижением нашей эпохи в области социальной медицины, так как осуществляла безплатную медицинскую помощь, открытую каждому.»

— Ф. Эрисман, швейцарский врач

Миф о «пьяной России»

Государь сам поставил точку в этом вопросе. Ещё с конца девятнадцатого века он проводил реформы, направленные на искоренение пьянства. 22 августа 1914 года, с началом войны, Николай II ввёл запрет на продажу спиртных напитков — сначала на период мобилизации, затем продлил его до окончания войны. Государственная Дума по предложению Царя утвердила бюджет, в котором не предусматривался доход от продажи спиртных напитков. НИ В ОДНОЙ СТРАНЕ МИРА ДО 1914 ГОДА НЕ ПРИНИМАЛИСЬ ТАКИЕ РЕШИТЕЛЬНЫЕ МЕРЫ ПО БОРЬБЕ С ПЬЯНСТВОМ.

В XX век Россия вошла одной из самых непьющих стран мира: потребление чистого спирта составляло около 2,4 литра на человека в год — тогда как в Норвегии 17,5 литра, в Дании 7,9. К 1913 году этот показатель вырос до 4,7 литра. После введения запрета — упал до 0,2 литра.

Результаты превзошли все ожидания. Повсеместное запрещение вызвало подъём национального духа, а не бунты, как предрекали враги трезвости:

• Производительность труда выросла в среднем на 9%, в металлургии — на 13%
• Количество прогулов снизилось в среднем на 27%, в металлургии — на 43%
• Сотни миллионов рублей, прежде пропиваемых, потекли в сберегательные кассы
• Лишь 2,8% — самые заядлые алкоголики — с трудом отвыкали от вина
• 84% опрошенных требовали сохранить «сухой закон» навсегда

По отзыву министра финансов, покупательная сила русского народа и продуктивность труда заводских рабочих увеличились в чрезвычайной степени. Потребление алкоголя в России уменьшилось в несколько раз.

Церковь

Построено более 8 тысяч храмов и открыто свыше 300 монастырей. К 1914 году — 54,2 тыс. храмов и 1025 монастырей. К 1940 году большевики оставили 3,7 тыс. храмов и 16 монастырей.

«Корабль пошёл ко дну, когда гавань была в виду.»

— Уинстон Черчилль о гибели Российской Империи

Семья — сердце Царя

За государственными трудами, донесениями и аудиенциями всегда был домашний очаг. Пятеро детей, которых Государь любил по-особенному просто.

Воспитание было спартанским — сознательно. Дети спали на простых армейских кроватях с жёсткими подушками, каждое утро обливались холодной водой. Убирали свои комнаты сами. Еда была простой — каша, суп, никаких излишеств. Государыня лично следила за их учёбой.

В каждой детской комнате — иконостас, молитвенник, Евангелие. Молитва утром и вечером была не правилом, а жизнью. Протоиерей Беляев, исповедовавший детей, писал: «Такое незлобие, смирение, покорность воле Божией и полное незнание земной грязи — привели меня в изумление».

Сёстры жили парами: Ольга с Татианой, Мария с Анастасией. Они называли себя «ОТМА» — по первым буквам имён — и держались вместе всю жизнь.

Ольга (1895–1918) — старшая. Задумчивая, серьёзная, с литературным даром — вела дневник, писала стихи. Характером больше всех походила на отца: та же внутренняя глубина, та же тихая сила. В годы Первой мировой стала сестрой милосердия, ассистировала при операциях. Писала в дневнике: «Мне так жаль бедных раненых. Они так страдают, а мы можем так мало им помочь». В заточении не переставала сочинять стихи — о вере, о прощении, о Боге.

Татиана (1897–1918) — «хозяйка» среди сестёр. Самая организованная, практичная, дисциплинированная — в этом она была похожа на мать. Возглавляла Татьянинский комитет помощи беженцам войны — масштабная благотворительная работа. В госпиталях ассистировала на операциях. Раненые называли её просто «сестра Татиана» — без титула, по-человечески.

Мария (1899–1918) — самая тёплая и простая из всех. С ней солдаты говорили часами — она умела слушать и не чуждалась никого. Из-за возраста не могла стать хирургической сестрой, как старшие, и очень переживала об этом. Но ездила в госпиталь с Анастасией — шила одежду для раненых, читала им вслух, писала письма за неграмотных. Отдавала карманные деньги всякому, кто нуждался.

Анастасия (1901–1918) — младшая из сестёр, неиссякаемый источник радости. Острая на язык, неистощимая на выдумки, мастерица представлений. В госпитальных палатах разыгрывала сценки и рисовала смешные картинки — раненые говорили: когда приходит Анастасия, боль куда-то уходит. Даже в заточении она не теряла духа и смешила семью — чтобы те не отчаивались.

Алексий (1904–1918) — Наследник и любимец всей семьи. Учитель Пьер Жильяр вспоминал: «Алексей Николаевич был центром этой тесно сплочённой семьи, на нём сосредотачивались все привязанности, все надежды. Когда он был здоров, весь дворец казался как бы преображённым — это был луч солнца, освещавший и вещи, и окружающих».

С рождения он страдал гемофилией — каждый ушиб мог стать смертельным. Но он старался не жаловаться. Жильяр писал: «У него была большая живость ума и много вдумчивости. Он поражал иногда вопросами выше своего возраста, которые свидетельствовали о деликатной и чуткой душе». Государь брал его на фронт в Ставку — чтобы знал, что такое война и что такое простой солдат. Алексий обходил казармы, разговаривал с людьми, запоминал имена.

«Мне не нужен блеск. Мне нужна Россия.»

— Цесаревич Алексий Николаевич

Государь — отец

Каждый вечер, какие бы донесения ни лежали на столе, Государь читал детям вслух — Жюль Верн, Майн Рид, русские сказки. Всей семьёй, вместе. Великие Княжны вспоминали эти вечера всю жизнь. Дочери звали его просто — Папа. Не «Государь», не «Ваше Величество». Папа.

Генерал Мосолов, заведовавший канцелярией Двора, записал: «Государь был самым нежным и внимательным отцом. Несмотря на всю занятость, он находил время, чтобы гулять с детьми, играть с ними, интересоваться их учением и жизнью».

На велосипедных прогулках он ездил вместе с дочерьми — наперегонки. Летом — байдарки, теннис, сбор грибов. Зимой — коньки и катание с горок.

«Наш Папа… Я просто не в силах описать, каким он был. Добрым, добрым, добрым. С нами он всегда был такой же, как мы сами — только больше, и лучше.»

— Великая Княжна Ольга Николаевна, из письма

В ДНЕВНИКЕ НИКОЛАЯ II — ИМЯ КАЖДОГО ИЗ ДЕТЕЙ ЗВУЧИТ КАК МОЛИТВА. Каждое упоминание — с теплотой и радостью: как Мария упала с велосипеда и смеялась, как Анастасия снова придумала какую-то проделку, как Алексий сегодня почти не кашлял.

Это не был «отец-символ» на парадных фотографиях. Это был живой человек, которому его дети были дороже всего.

Читать подробнее: Царская семья →

Годы испытаний (1904–1917)

На протяжении всего царствования Государь был окружён предателями — родственниками, министрами, генералами, «союзниками». Испытание следовало за испытанием. Он нёс всё это в молитве.

«Нет такой жертвы, которую я не принёс бы ради настоящего блага и для спасения России.»

— Государь Николай II

Русско-японская война (1904–1905)

В феврале 1904 года Япония без объявления войны напала на русскую эскадру в Порт-Артуре. В мае 1905 года японский флот уничтожил Балтийскую эскадру у острова Цусима. Государь мог продолжить войну — резервы были. Но остановился.

«Не будем губить людей» — так он объяснял своё решение. Историк Лавров: «Именно царь-христианин сказал: «Не будем губить людей». Вот в чём его величие».

По Портсмутскому миру Россия уступила Порт-Артур — но сохранила армию и не заплатила контрибуции.

«Кровавое воскресенье» — правда о подстроенной трагедии

За три дня до 9 января, на Крещение, во время водосвятия на Неве, орудие с бастиона Петропавловской крепости дало залп боевой картечью в сторону Государя и духовенства. Перебитое пулей знамя Морского корпуса оказалось прямо за его спиной. Царь не ушёл — достоял молебен до конца и вернулся с крестным ходом. Горько заметил: «Моя же батарея меня и расстреливает. Только плохо стреляет».

Военные единодушно говорили: это было покушение. Революция уже началась — просто ещё не объявила о себе открыто.

9 января 1905 года толпу к Зимнему дворцу повёл священник Георгий Гапон — он начал работать «на два лагеря» ещё во время учёбы в Духовной Академии. Организатор рабочей забастовки, позднее разоблачённый как революционный деятель. Рядом с ним шёл Пётр Рутенберг, которому партия эсеров поручила убить Царя, если тот выйдет к народу. С Царём не вышло — Государя не было во дворце. В 1906 году Рутенберг заманил Гапона на дачу в Озёрках, вынудил при свидетелях признаться в связях с охранкой — и эсеры повесили его. Сам Рутенберг после этого уехал в Палестину, создал Электрическую компанию и умер в почёте.

Один из авторов петиции, Матюшенский, впоследствии сам признал, что всё было спланировано:

«Мой грех — это знаменитая петиция рабочих на имя Царя, в результате которой получилось кровопролитие. Я её написал по предложению Гапона, в полной уверенности, что она объединит полусознательную массу, поведёт её к царскому дворцу — и тут, под штыками и пулями, эта масса прозреет… Я толкал женщин и детей на бойню, чтобы вернее достигнуть намеченной цели. Я думал: избиение взрослых мужчин, может быть, ещё перенесут, простят, но женщин, расстрел матерей с грудными младенцами на руках! Нет, этого не простят.»

— Матюшенский, один из авторов петиции

Государя в тот день в Петербурге не было — он находился в Царском Селе. Приказа стрелять он не отдавал. Узнав о случившемся, записал в дневнике:

«Тяжёлый день! В Петербурге произошли серьёзные беспорядки вследствие желания рабочих дойти до Зимнего дворца. Войска должны были стрелять в разных местах города, было много убитых и раненых. Господи, как больно и тяжело!»

— Из дневника Императора Николая II, 9 января 1905 года

По данным следствия, погибло 130–200 человек — советская пропаганда раздула эту цифру в тысячи. Из личных средств Государь немедленно передал деньги семьям пострадавших.

Революцию подавили. И не только войска — в этом участвовали Черносотенцы: православные монархические организации, в рядах которых было до полумиллиона человек. Они кратно превышали численность всех леворадикальных боевиков вместе взятых.

Манифестом 17 октября 1905 года Николай II даровал России свободу слова, печати, собраний и учредил Государственную Думу.

ТЕМ, КТО ВОЕТ ПРО «КРОВАВОЕ ВОСКРЕСЕНЬЕ» И ОБВИНЯЕТ В НЁМ ГОСУДАРЯ — ИМ АБСОЛЮТНО НАПЛЕВАТЬ НА РЕАЛЬНЫЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВА. ОНИ НЕНАВИДЯТ ЦАРЯ И БОЯТСЯ ВОССТАНОВЛЕНИЯ ЕГО ПАМЯТИ В НАРОДНОЙ ДУШЕ.

Убийство Столыпина (1911)

Среди испытаний этих лет — гибель Петра Аркадьевича Столыпина, премьер-министра и ближайшего соратника Государя. 14 сентября 1911 года в киевском театре, на глазах у Николая II, к Столыпину подошёл Дмитрий Богров — двойной агент охранки и эсеров — и дважды выстрелил. Пуля, направленная точно в сердце, срикошетила от креста ордена св. Владимира и ушла в печень. Через четыре дня Столыпин скончался. Местом упокоения стала Киево-Печерская Лавра.

Столыпин был последним крупным и безусловно верным России политическим деятелем в окружении всё более изолируемого Императора. После его гибели Государь остался практически один.

Григорий Распутин — правда о «Царском Друге»

1 ноября 1905 года Государь записал в дневнике: «Познакомились с человеком Божиим — Григорием из Тобольской губ.» Этими словами начинается история, которую враги России превратили в один из главных инструментов ненависти к Николаю II.

Григорий Ефимович Распутин — сибирский крестьянин, молитвенник и странник, человек глубокой веры. Он не искал ни власти, ни богатства. Его привели к Царской Семье страдания Цесаревича Алексия.

Придворные врачи давали наследнику аспирин — не зная, что это лекарство разжижает кровь и для гемофилика смертельно опасно. Перед Распутиным медицина расписывалась в бессилии. Он настаивал на отмене лекарств — и кровотечения останавливались.

Почему Николай доверял. Государь был человеком глубокой веры — и видел в Распутине то, чего не находил при дворе: подлинное, без лести и карьерных расчётов. Распутин приходил из народа — из той России, которую Николай любил и понимал лучше, чем петербургских вельмож. Он не просил ни чинов, ни денег. Он молился. Государыня писала Николаю: «Он любит Россию и тебя так искренне — и через молитву его многое совершается». Когда человек спасает твоего умирающего ребёнка — ты ему веришь.

Почему его ненавидели. Простой сибирский крестьянин с доступом к Царю — это оскорбляло весь петербургский свет. Аристократия, министры, думские политики привыкли считать себя единственными, кто вправе говорить с Государем. Распутин разрушал эту монополию. Он был против войны с Германией — и нажил смертельных врагов в военной партии и у союзников. Революционерам он был нужен живым: как символ «распутства и тёмных сил» при дворе. Мёртвым — стал поводом к свержению Царя. Британская разведка, участвовавшая в его убийстве, хорошо понимала: пока жив Распутин, Россия будет искать мира с Германией.

Клеветническая кампания. То, что обрушилось на него, не знает аналогов в русской истории.

Двойник. Его дочь Матрёна рассказывала: существовал человек, который одевался и гримировался под «старца Григория», заходил в злачные заведения, устраивал непотребства — и бесследно исчезал. Родзянко в мемуарах описывает, как граф Граббе увидел «Распутина» у князя Андронникова — уже после убийства настоящего Григория Ефимовича.

Поддельные фотографии. Следователь Временного правительства Романов А.Ф. вскрыл одну из фальшивок: снимок якобы «кутежа с женщинами» оказался фотографией с открытия госпиталя имени Государыни. Двух мужчин с него вытравили химически — оставили Распутина рядом со смеющимися дамами.

Поддельный дневник. По рукам ходил фальшивый «дневник Распутина», набитый непристойностями. Для убедительности к нему подклеили бумажку с его настоящей подписью, отрезанной от подлинной записки.

Клевета давила. Последний год он мало спал, чувствовал себя подавленным. Все его поступки истолковывались в самом извращённом духе. Он продолжал молиться и помогать людям.

Пророчество. Перед гибелью он написал Государю:

«Если меня убьют нанятые убийцы, русские крестьяне, то тебе, Царь России, некого опасаться... Но если меня убьют бояре и дворяне — их руки будут замараны моею кровью, и двадцать пять лет они не смогут отмыть своих рук. Братья восстанут против братьев, и они будут убивать друг друга... Царь России, ты будешь убит русским народом.»

— Из последнего письма Григория Распутина Императору Николаю II

Его убили именно дворяне. И именно это произошло.

Убийство. 17 декабря 1916 года Распутин был убит во дворце князя Юсупова. Среди убийц — Феликс Юсупов, Великий Князь Дмитрий Павлович, депутат Пуришкевич и британский разведчик Освальд Рейнер. Следствие профессора Косоротова установило: тело было подвергнуто изощрённым пыткам. Это было ритуальное убийство — совершённое теми же силами, которые полтора года спустя убили Царскую Семью в Екатеринбурге.

Старец Николай Гурьянов благословил икону Григория Распутина с Царевичем Алексием на руках и говорил о нём как о святом. Исследователь А.А. Щедрин писал:

«Если имя Царственных Мучеников ограждено церковной канонизацией, то глумление над памятью Царского Друга и богомольца Григория Распутина остаётся излюбленным ритуалом тех, кто ненавидит Святую Русь.»

— А.А. Щедрин, исследователь ритуального убийства Царской Семьи

Читать подробнее: Григорий Распутин →

Первая мировая война (1914–1917)

Россия вступила в войну, защищая братскую Сербию. Государь до последнего пытался её предотвратить — писал кайзеру Вильгельму личные письма. Война была навязана. Когда это стало ясно, он обратился к войскам:

«Торжественно заявляю, что не заключу мира до тех пор, пока последний неприятельский воин не уйдёт с земли Нашей.»

— Государь Николай II, 1914 год

Явка на призывные пункты составила 96% — добровольно, без принуждения. Государь не прятался в тылу.

Камер-казак Тимофей Ящик вспоминал: «Способность Царя разделять боль и несчастья своих людей была удивительной. Сотни раз я был свидетелем тому, что его слова утешения несчастных и раненых творили чудеса». Государь объезжал госпитали, садился у коек тяжелораненых, помнил имена.

Из личных средств Николай II пожертвовал на нужды армии и раненых 200 миллионов рублей, ещё 100 тысяч — в Международный комитет Красного Креста в Женеве. Семья финансировала Татьянинский комитет помощи пострадавшим от войны. Государыня с дочерьми работала сёстрами милосердия.

Сам Государь при этом не знал роскоши. Слуга вспоминал: «Его платья были часто чинены. Не любил он мотовства. Штатские костюмы велись с жениховских времён». После убийства Царской Семьи в Екатеринбурге были найдены военные шаровары Императора — на них заплаты и пометки: «Изготовлены 4 августа 1900 года», «Возобновлены 8 октября 1916 года».

23 декабря 1914 года Николай II основал первую в мире эскадру тяжёлых бомбардировщиков — «Илья Муромец». Ни у одной страны в мире такого оружия в тот момент не было. Россия была абсолютным лидером в бомбардировочной авиации.

К лету 1915 года фронт трещал. Не хватало снарядов. Все министры умоляли Царя не принимать личного командования армией — боялись, что возьмёт на себя ответственность за поражения. Он принял. В августе 1915 года Николай II стал Верховным Главнокомандующим. Фронт выровнялся.

В 1916 году последовал Брусиловский прорыв — крупнейшее наступление союзников за всю войну. Австро-венгерская армия была разгромлена.

К началу 1917 года у Германии оставалось последние 180 тысяч мобилизационного резерва — капля в море. В России за годы войны от голода не умер ни один человек — тогда как в Германии от голода погибло около 700 тысяч. Потери русской армии убитыми и пленными составляли практически 1:1.

«В Первую Мировую войну Русские Полки вёл Помазанник Божий. Потери при Нём составили около миллиона. Когда Россию захватила клика богоборцев — потери стали чудовищными: в жерло Второй Мировой было брошено 27 миллионов, а вместе с репрессиями — 60.»

— П.В. Мультатули, историк

Никаких внутренних предпосылок к революции в России не было. Страна стояла на пороге победы. Но именно тогда — в феврале 1917 года — тайное американо-британское сообщество запустило давно подготовленный переворот. Историк Мультатули выделял шесть причин, по которым Запад спешил: неотвратимость победы России, невозможность помешать ей занять Константинополь и черноморские проливы, независимость Николая II во внешней политике, стремление подчинить русский рынок и ресурсы, отсутствие рычагов давления на Россию после победы, и наконец — доктрина уничтожения православной самодержавной государственности.

«Ни к одному народу рок не был так жесток, как к России. Её корабль пошёл ко дну, когда гавань была уже видна.»

— Уинстон Черчилль

В феврале 1917 года победу у России украли. Не враги — свои.

Заговор свершился — 15 марта 1917 года

Это не было отречением. Это был захват.

Заговор готовился заранее. Ещё в 1916 году Гучков создал тайный штаб и вошёл в контакт с начальником Ставки Алексеевым. Масон Родзянко лично отдал приказ Ломоносову, контролировавшему железные дороги: Царский поезд перехватить. Генерал Спиридович записал: «В Думе решено добиваться отречения Государя. Все кончено. Бедный Государь... Императора в Царское Село не пустят».

Когда поезд был заблокирован в Пскове — генералы разослали телеграммы с требованием отречься. Одну за другой. Со всех фронтов. Государь остался один.

Последнее, что он написал в тот день:

«КРУГОМ ИЗМЕНА, ТРУСОСТЬ И ОБМАН!»

Подлог — не отречение

Никакого манифеста об отречении не существует.

В журнале штабного вагона — ничего. В царском дневнике — ничего. Текст «нашли» лишь в 1929 году. Подписан карандашом — единственный раз за всё царствование. Исследователи указывают: подписи нанесены под копирку или через стекло.

Текст документа составляли в Ставке Алексеев и Базили — ночью. В первом черновике Михаил назначался регентом — не царём. Именно это слово — «регент» — появилось в английских газетах на сутки раньше, чем Россия узнала об «отречении». Лондон знал заранее.

«Подлинность» документа в 1929 году устанавливал Щеголев — тот самый, который вместе с Алексеем Толстым подделал дневники Вырубовой и сфабриковал дневник Распутина.

И даже если бы документ был подлинным — он юридически ничтожен. В законах Российской Империи не существовало нормы об отречении действующего Императора от престола. Документ нарушал закон, передавая престол Михаилу в обход законного Наследника — Цесаревича Алексия. Кандидат юридических наук Шаирян Г.П. заключил прямо: произошла насильственная смена формы правления. Не более.

«За отречение на Императоре Николае греха нет! Святой Царь — Ангел, Он не хотел крови проливать. Он надеялся спасти Россию от погибели, от страшного зла, а о Себе не мыслил... Но Его предали. Не он отрекался — а его отвергли.»

— Старец Николай Гурьянов

Предательство Синода

Архиереи не стали ждать.

Ещё 2 марта — до официального объявления — Синод решил «войти в связь с Исполнительным комитетом Думы». 6 марта — приказ переписать богослужебные тексты: вместо молитв о Царствующем Доме молиться за «Благоверное Временное правительство». 7–8 марта — указ №1226: поминовение Царя прекращено. 9 марта — послание народу:

«Свершилась воля Божия. Россия вступила на путь новой государственной жизни.»

— Послание Святейшего Синода, 9 марта 1917 года

Исследователи, изучившие журналы «Церковных ведомостей» за 1917 год, установили: члены Синода зимней сессии «сыграли одну из ведущих и определяющих ролей в свержении монархии в России».

Из немногих, кто не поддался, — Митрополит Московский Макарий. Он отказался признать переворот. Его немедленно арестовали и сослали в монастырь.

Нилус писал о том, что Государь давно чувствовал эту стену: «Между ними и Его сердцем утвердилась непроходимая стена».

«И даже Церковь так поступила!.. Духовенство некоторое... Не смогли остановить народ от греха... Не захотели... И сами отказались от Царя... А Россия за Царя несёт наказание Божие — за великий грех измены Царю.»

— Старец Николай Гурьянов

Жертва — добровольная

Государь знал, что идёт. Он говорил:

Наши предки в 1613 году принесли соборный обет верности Дому Романовых — до скончания века. Нарушив этот обет, русский народ должен был исчезнуть как народ-богоносец, потеряв свою духовную миссию — хранить православную веру. Государь видел это. Он видел, что народ отступил не от него лично — а от Христа Царя. Что Россия не отреклась от Христа-Спасителя — но отреклась от Христа-Царя, отказавшись от монархии как формы соборного служения Богу.

И Он пошёл на Голгофу — за нас.

Его жертва — не просто страдание за предавших его подданных. Это заместительная жертва любви за народ, изменивший своему призванию. Он «уплатил долг» верности за тех, кто эту верность потерял — и тем сохранил для русского народа саму возможность покаяться и воскреснуть. Иерей Евгений Мцариашвили говорил: «Государь пошёл на Голгофу за русский народ, принеся себя в искупительную, христоподражательную жертву Богу, благодаря чему Бог сохранил Россию — и мы сохраняем потенциал возрождения Святой Руси в Духе и Истине».

Преподобный Серафим Саровский предсказал ему путь мученика ещё в XIX веке. По преданию, монах Авель (†1841) оставил запечатанное пророчество о грядущем царе-мученике: «Святой царь, Иову Многострадальному подобный... Искупитель будет, искупит собой народ свой — безкровной жертве подобно».

🎧 Слушать проповедь: Почему мы называем Царя Николая Искупителем →

Икона «Державная»

В тот же самый день — 2 (15) марта 1917 года — в подвале Вознесенской церкви в Коломенском под Москвой была обретена икона Богородицы «Державная».

Крестьянке Евдокии Андриановой Богородица являлась во сне 13 и 26 февраля. 2 марта она пришла в Коломенское и вместе со священником нашла икону в подвале — в пыли, давно забытую.

Богородица облачена в красное одеяние — символ пролитой крови. На престоле. В руках — скипетр и держава. На голове — царская корона. На коленях — Отрок Иисус Христос. И — благословляет двуперстно, древним жестом, который собор 1666 года предал анафеме.

Сама Царица Небесная явила: клятвы того собора — недействительны. Державу из рук земного царя приняла Матерь Божия.

Старец Гурьянов говорил: «Когда Держава Российская была во гробе — явилась Матерь Божия Державная и держит Русь...»

Он не звал войска. Не мстил. Простил. Как Христос — не революцией, а Крестом.

«Отец просит передать всем... чтобы не мстили за него, так как он всех простил и за всех молится. Чтобы помнили: не зло победит зло, а только любовь.»

— Из письма Великой Княжны Ольги, написанного в заточении

В заточении — до последнего дня

Шестнадцать месяцев под арестом. Три города. Три дома. Условия с каждым переездом становились жёстче. Но одно оставалось неизменным — молитва, любовь и мир.

Царское Село: весна и лето 1917

Сразу после захвата власти Временным правительством семья была взята под арест в Александровском дворце. Государь принял это спокойно. В дневнике записал: «Буду читать много книг, которые давно собирался прочесть».

Дети в это время болели корью — тяжело, по очереди. Государыня дежурила у постелей. Государь выходил во двор рубить дрова — он сам выбрал этот труд. Охранники смотрели, некоторые насмехались. Он не обращал внимания.

Камердинер Алексей Волков вспоминал: «Государь никогда не жаловался. Никогда не говорил о несправедливости своего положения. Он жил так, будто всё происходящее было частью Промысла Божия, который нужно принять с благодарностью».

Тобольск: осень 1917 — весна 1918

В августе семью перевезли в Тобольск — в губернаторский дом. Сибирская зима. Государь читал детям вслух по вечерам — как делал всю жизнь. Дочери шили, вышивали. Алексий учился с сёстрами. В более светлые дни дети вместе ставили маленькие домашние спектакли.

На Пасху 1918 года — последнюю Пасху — семья встречала Воскресение Христово с особой силой. Государыня написала дочери: «Христос Воскресе! Это — всё. Ничего больше не нужно».

Священник, приходивший служить, отметил: во время богослужений Государь и вся семья молились с такой сосредоточенностью, что видеть это было потрясением.

Великая Княжна Мария записала 20 апреля 1918 года:

«Ужасно тяжело в эти дни без церковной службы. Вчера папа прочёл нам 12 Евангелий. Слышен благовест, а на душе тоска.»

— Великая Княжна Мария Николаевна, из дневника

Екатеринбург: последние 78 дней

В апреле 1918 года Государя и Государыню первыми этапировали в Екатеринбург — дети оставались в Тобольске ещё несколько недель. Это разлучение было тяжелее всего.

Ипатьевский дом. Большевики называли его «домом особого назначения». Вокруг — высокий деревянный забор: семья не могла видеть улицы. Охранники грубы, нарочито оскорбительны. На стенах комнат — непристойные рисунки и надписи.

Для Государя, Государыни и Цесаревича — кровати без постельных принадлежностей. Великие Княжны долгое время спали на голом холодном полу. Двери комнат приказано было держать открытыми день и ночь — красноармейцы под видом «проверки» непрерывно ходили по комнатам, нарушая сон.

Пища привозилась из советских столовых — недоваренная или переваренная, почти несъедобная. Царская Семья голодала. Охранники поедали большую часть еды, доливали суп холодной водой, сыпали табак и песок, плевали — и с руганью подавали это страдальцам.

Послушницы Ново-Тихвинского монастыря приносили продукты. Юровский прекратил и это — разрешил приносить только молоко. Доктор Боткин обратился к нему:

«Только при Вашем назначении в течение двух дней мы получали полностью всё приносимое из монастыря, и вдруг мы всего этого снова лишились. Дети так нуждаются в питании, а питание так скупо. Мы были очень обрадованы, что стали получать всё приносимое из монастыря.»

— Доктор Евгений Боткин — коменданту Юровскому

Юровский отказал. Повар Харитонов пришёл с тем же: из четверти фунта мяса невозможно приготовить блюдо. Ответ был: «Нужно привыкать жить не по-царски, а по-арестантски».

Прогулки — по часу в день во дворе. Письма проверялись. К заключённым перестали допускать священника.

Государь продолжал вести дневник каждый день. Последняя запись — 30 июня 1918 года.

14 июля — за три дня до гибели — священник Иоанн Сторожев служил для Царской семьи последнее богослужение. По окончании, отступив от чина, он запел «Со святыми упокой» — заупокойное песнопение. Семья опустилась на колени. Никто не сказал ни слова. Сторожев вышел потрясённый: «Они молились так, словно знали».

Последние дни

10 июля 1918 года. В дневнике Государя записей нет. Александра Феодоровна отметила: «Очень сильно болит спина и ноги, возможно, из-за почек». И далее: «2-й день остальные не едят мяса и питаются остатками скудных запасов провизии, привезённой Харитоновым из Тобольска».

15 июля 1918 года. За два дня до гибели. Государыня записала: «Пасмурное утро, позже выглянуло солнце. Читала с Марией Иисуса Сираха 26–31. Они ходили гулять дважды, как обычно. Утром Татьяна читала мне Духовное чтение. Безик. Легла в постель в 10 ¼. Слышала разрыв артиллерийского снаряда ночью и несколько револьверных выстрелов».

В тот же день пришли женщины мыть полы. Марфа Стародумова и В. О. Дрогина стали последними посторонними людьми, которые видели Царскую Семью живой. Стародумова показала на следствии:

«Семья играла в карты. Юровский сидел на стуле против Наследника и разговаривал с ним, причём был вежлив. Нам не позволяли разговаривать с Царской Семьёй, которая была весела, княжны смеялись, и грусти заметно не было.»

— Марфа Стародумова, из показаний на следствии

Они смеялись. За два дня до смерти — они смеялись.

Ночь с 16 на 17 июля 1918 года

В ночь с 16 на 17 июля 1918 года в подвале Ипатьевского дома семью разбудили и попросили спуститься вниз. Там были убиты Государь Николай II, Государыня Александра Феодоровна, их дети — Ольга, Татиана, Мария, Анастасия и Цесаревич Алексий, а также четверо верных слуг, не оставивших семью до конца.

Доктор Евгений Боткин пошёл на смерть за Царя — хотя революционеры предложили ему покинуть дом Ипатьева. Он остался.

Убийство было совершено беззаконно, тайно, ночью. Это было не просто политическое преступление.

«В ночь с 16 на 17 июля 1918 года в подвале Ипатьевского дома произошло ритуальное убийство Царской Семьи. Это самое страшное злодеяние XX века навсегда изменило ход российской и мировой истории. Был отнят Удерживающий — убит последний Помазанник Божий.»

— Из материалов канала @iskupitelnikodimmda

Тела той же ночью тайно вывезли. Убийцы хотели уничтожить не только жизни — они хотели уничтожить само свидетельство. Из показаний участника сокрытия Родзинского:

«Подумаешь, там перестрелять. А вот ведь самое ответственное было — чтобы укрыть, чтобы следов не осталось. Это самое главное было… Долго жгли их, поливали и жгли керосином.»

— Исай Родзинский, участник сокрытия тел, из показаний

Господь судил иначе. В 1977 году Ипатьевский дом был снесён по распоряжению властей. В 2003 году на его месте освящён Храм-на-Крови — ныне место паломничества православных со всего мира.

Читать подробнее: Мученическая кончина 1918 года →

«Семью мою жаль»

Нам не дано до конца понять, что переживал Государь в эти дни. Но известно: ещё в Царском Селе, на исповеди, он сказал отцу Афанасию Беляеву — со слезами на глазах:

«Он любил Россию. Россия для него была почти тем же, чем была христианская вера. Как не мог он отречься от христианской веры, так не мог оторваться от России.»

— М. К. Дитерихс. «Убийство царской семьи и членов Дома Романовых на Урале»

«Править народом может любой… Но умереть за народ может только Царь.»

— Святитель Иоанн Златоуст

Государь принял предназначенное Богом — не потому что не мог иначе, но потому что сознательно выбрал этот путь, целуя Крест и Евангелие на верность Руси Святой и зная, что клятву эту нельзя нарушить даже ценой собственной жизни и жизни тех, кого любишь больше себя. Когда ему предложили эвакуацию — корабль был готов, выход был открыт — он перекрестился и сказал: «Страдает народ Руси Святой — и я буду с ним страдать. Что Бог ни даст в моей жизни — за всё благодарю». Эти слова не слабость и не покорность судьбе — это высшее мужество, которое даётся только тем, кто до конца понял, что значит быть Помазанником Божиим.

Он всё простил. Из заточения, через дочь свою Ольгу, передал живым: не мстите за него, потому что злом зло не победишь — только любовь победит зло. Это была не просто просьба умирающего человека — это было духовное завещание Царя своему народу, последнее слово Помазанника, обращённое через века к каждому из нас.

Грех цареубийства — совершённого при равнодушии и молчании миллионов — до сих пор лежит на душе русского народа незаживающей раной, и все бедствия, которые обрушились на Россию в двадцатом веке и продолжают опускаться на неё сейчас, есть прямое следствие того, что этот грех не раскаян, не оплакан, не признан соборно пред Богом и людьми. Россия без Царя — Помазанника Божия — уже не может быть исцелена обычными путями, потому что рана, нанесённая в ночь с 16 на 17 июля 1918 года, есть рана духовная, и закрыть её может только то, чем она была нанесена — соборный грех требует соборного покаяния, отречение народа от своего Царя требует соборного возвращения к нему. Святые предсказывали: когда это покаяние будет принесено — Россия воскреснет мгновенно и во всей полноте, и этому воскресению удивятся все народы земли, ибо никто не поверит, что страна, прошедшая через такую тьму, способна подняться с такой силой. Царь по нам плачет. Он ждёт не мести, не политических манифестов и не громких слов — он ждёт того единственного, что может изменить судьбу России: живой, личной, слёзной молитвы каждого из нас о прощении того греха, который совершили наши отцы и в котором мы все повинны своим молчанием и равнодушием.

РУСЬ ПОКАЕТСЯ. РУСЬ ВОСКРЕСНЕТ.

Стихи Ольги

Великая Княжна Ольга Николаевна написала эти стихи в екатеринбургском заточении:

«Грех цареубийства, происшедшего при равнодушии граждан России, народом нашим не раскаян. Этот грех лежит тяжелейшим грузом на душе народа, на его нравственном сознании. И сегодня мы приносим пред Богом и людьми покаяние за этот грех. Прости нас, Господи! Мы призываем к покаянию весь наш народ…»

— Патриарх Алексий II

«Царь по нам плачет, а народ о Нём и не думает! Кто любит Царя и Россию, тот любит Бога.»

— Старец Николай Гурьянов

Если всё было так хорошо — зачем была революция?

Именно этот вопрос разоблачает главную ложь о революции. Принято думать, что народ восстал от бедности и несправедливости — но Россия в 1917 году стояла на пороге победы в войне, занимала первое место в мире по темпам экономического роста, первое — по производству зерна, а Эдмон Тэри, французский экономист, написал в 1913 году открыто: если дела пойдут так же, Россия к середине века будет господствовать над Европой в политическом, экономическом и финансовом отношении. Запад читал эти прогнозы — и понимал, что означает Россия с Царём во главе.

Причина первая: Россия была слишком сильной

Американский банкир Яков Шифф ещё в годы Русско-японской войны открыто финансировал противников России и отговаривал других банкиров давать ей займы. Американская газета «Нью-Йорк Геральд Трибюн» написала в 1919 году прямо: «Происходящая в России большевистская революция является на самом деле гигантской финансовой операцией, цель которой — переместить огромные денежные средства из-под русского контроля под контроль европейских и американских банков». Это не домысел — это признание современников. Борьба всех врагов России против Царя была, по существу, борьбой против самого света, который хранила Православная Россия, и скрытый без-божный замысел, который давно вызревал за закрытыми дверями, наконец открыто действовал, когда добился своего.

Причина вторая: предали свои

Заговор готовился не на улице, а в думских кабинетах и генеральских штабах — Гучков, Родзянко, Алексеев, те самые люди, которым Государь доверял и которые были обязаны ему всем. Столыпин, последний по-настоящему верный России государственный деятель, говорил: «Им нужны великие потрясения — нам нужна великая Россия», и был убит именно за это. После его гибели Государь остался практически один среди тех, кому был обязан доверять по долгу их служения. Синод не ожидал никаких известий с фронта: уже 6 марта архиереи приказали переписать богослужебные тексты и убрать молитвы о Царствующем Доме, как будто заранее знали, что произойдёт, или заранее решили, что должно произойти.

Причина третья и главная: духовная измена народа

После свержения Государя естественным было последовательное крушение России, потому что именно он, объединяя всё, стоял на страже правды — и в том, что враги Православия добились его отречения, был великий грех русского народа, который открыл свободный доступ всякому греху, захлестнувшему страну в последующие десятилетия. Старец Анатолий Оптинский говорил: «Судьба Царя — судьба России. Заплачет Царь — заплачет и Россия. Не будет Царя — не будет и России». В 1613 году наши предки принесли соборный обет на верность Дому Романовых до скончания века — с призыванием проклятия на нарушителей. И никто от этого обета русский народ не освобождал: юридически Россия остаётся монархией по сей день, а все, кто пришли на смену Николаю Второму, суть временщики, захватившие то, что им не принадлежало. Все, кто участвовал так или иначе в отречении от Помазанника Божия, кто равнодушием, бездействием или своею жизнью согласился с без-божной идеологией, приняли в себя тьму. По словам святителя Иоанна Шанхайского — мы все виновны в этом событии, продолжая жить в духе предательства и цареубийства.

Государь сам говорил: «Я питаю твёрдую и абсолютную уверенность, что судьба России — моя собственная судьба, и судьба моей семьи находится в руке Бога, поставившего меня на то место, где я нахожусь. Что бы ни случилось — я склоняюсь перед Его волей, с сознанием того, что у меня никогда не было иной мысли, чем служить стране, которую Он мне вверил».

Его свергли не потому что он был плохим Царём. Его свергли именно потому, что он был хорошим — и потому что Россия с таким Царём не вписывалась в те планы, которые для неё готовили.

Цифры, которые всё объясняют

За два десятилетия царствования Николая II от различных «эксцессов» погибло 16–20 тысяч человек — включая жертв революционного террора. За первые четыре года правления Ленина — гражданская война унесла не менее 10 миллионов, голод 1921 года — не менее 5 миллионов, красный террор — не менее миллиона. Только два года Большого террора Сталина — 700 тысяч расстрелянных.

Вина за большевистский ужас перекладывается на того, кто «довёл». Таков приём тех, кто разрушил страну: найти виноватого среди тех, кого уничтожили. Николай II довёл Россию до конституционных свобод, парламента, почти всеобщей грамотности и к последней ступени победы в жесточайшей войне в истории. Те, кто пришли после него, — довели до голода, расстрелов и ГУЛАГа.

Что нам делать сегодня

Мы должны молиться Господу, чтобы Он просветил наш ум пониманием того, что исполнение личного христианского долга и противостояние силам зла — это одно и то же противостояние, что нельзя любить Бога и при этом хранить в сердце равнодушие к тому, что было сделано с Его Помазанником и с Россией. Мы должны понять, что каяться в грехе цареубийства — это не политика и не монархические предпочтения, это личный духовный долг каждого, кто считает себя православным христианином, потому что этот грех не раскаян до сего дня и лежит на душе народа незаживающей раной, от которой происходят все прочие беды. Так надо ли каяться в этом грехе? Ответ кажется очевидным. Имеющий разум — да разумеет.

Помолимся Царю-Мученику — не как историческому персонажу, а как святому, который жив пред Богом и плачет о нас. Попросим его простить нас — за молчание наших предков в феврале 1917 года, за наше собственное равнодушие, за то, что мы слишком долго думали, что это нас не касается. Касается. Потому что пока этот грех не раскаян — Россия не воскреснет. А когда раскается — воскреснет мгновенно.

«Господи, прости нас грешных. Царю-Мученику Николае, моли Бога о нас.»